Использование метода Фельденкрайза в двигательной терапии для детей с ДЦП вместе с Бобат-терапией и Сенсорной интеграцией


Перевод статьи Фельденкрайз-практика Иланы Невилл о том, что может дать метод Фельденкрайза в работе с детьми с ДЦП при использовании наряду с другими подходами

Время от времени физиотерапевты спрашивают Фельденкрайз-тренеров о том, что они могут получить от метода Фельденкрайза для своей работы, а не только для собственного самочувствия. Так как я хотела дать более развернутые ответы на эти вопросы, то решила принять приглашение двух немецких физиотерапевтов из Sozialpadriatrisches Zentrum в Гамбурге, центра, посвященному раннему лечению новорожденных и младенцев с церебральным параличом и другими неврологическими нарушениями, в котором метод Фельденкрайза применяется в каждодневной работе.

Мейке Вайтермейер, специалист с 35-летним опытом, предоставила мне возможность наблюдать за ее действиями и задавать актуальные вопросы в течение 2-х часовой сессии с маленькой девочкой, у которой была спастика. Урсула Рейтер, также хорошо известный специалист в данной области с более чем 30-летним опытом, любезно согласилась дать мне интервью.

Для начала несколько слов об этом педиатрическом центре, модели для центров такого рода в Европе. Им руководит детский невролог доктор Инге Флемиг, чья философия и подход схожи с подходом Моше Фельденкрайза. Она и ее сотрудники видят свою задачу в способствовании всем тем процессам обучения, которые нормальные дети проходят более или менее без посторонней помощи за счет своего контакта с миром, в котором они рождены. Детям, попадающим в центр, мягко и в игровой форме помогают найти способы преодоления затруднений на пути к хорошо координированным движениям и психоневрологической зрелости, таким образом реализуя их врожденный потенциал.

С течением времени доктор Флемиг и ее команда разработали эклектичный, гибкий подход, задействуя наилучшее из различных техник и добавляя новые элементы, открытые через практический опыт своей текущей работы. Они убеждены, что успехи, которых они добиваются, имеют место благодаря интеграции широкого спектра методов, результат от которой тонко адаптирован к требованиям каждого конкретного ребенка.

В 70-е годы доктор Флемиг познакомила своих сотрудников с Бобат-терапией, впоследствии ее команда усовершенствовала технику, которую они называют «Сенсорная интеграция» или «СИ». В начале 80-х доктор Флемиг встретила Моше Фельденкрайза в Израиле и пригласила его провести обучение персонала ее клиники. Из-за проблем со здоровьем Моше не смог принять приглашение и вместо этого поручил эту работу своей ученице Мие Сегал. В 1984 году, год смерти Моше Фельденкрайза, состоялся 5-дневный семинар, на котором присутствовали все сотрудники центра. Он оказался настолько успешным, что последовали и дальнейшие встречи. Некоторые терапевты центра уже полностью закончили обучение по методу Фельденкрайза или в настоящий момент дополняют свои профессиональные навыки таким образом. Однако профессионалы с таким широким спектром навыков часто не могут разъяснить, как они применяют принципы, полученные из различных методов в своей работе.

ДВА ЧАСА ОДНИХ ТОЛЬКО УЛЫБОК И СМЕХА

Итак, я была очень благодарна за возможность наблюдать за Мейке, одним из наиболее старших и опытных терапевтов в Центре и ее маленьким пациентом, 2,5-летней Яной, в просторном и замечательно оборудованном кабинете. Для начала Яне было необходимо возобновить знакомство с Мейке и ее ассистентом. Она быстро решила, что она сама и ее кукла не против и моего присутствия. Во время этого периода я была представлена Яниной маме и тете и немного узнала об истории ребенка.

Преждевременные роды привели к достаточно сильному церебральному параличу. Терапии, которую она получала в ее родном городе в нескольких сотнях миль от Гамбурга, к сожалению, недоставало чувствительности и когда Яна, наконец, приехала сюда, чтобы встретиться с Мейке около года назад, то плакала от одной мысли о том, что до нее будут дотрагиваться. С тех пор она приезжала раз в месяц и я уже была свидетелем двух часов одних только улыбок и смеха, а также изредка протеста, когда Яна хотел продолжать определенную игру. В соответствии с философией центра ее мама обучалась, чтобы стать квалифицированным ассистентом терапевта; и помогающей физиотерапевт, который сейчас наблюдает за Яной в периоды между курсами, регулярно дает ей точные инструкции для продолжения работы.

На основании многих более или менее косвенных признаков я поняла, что многое было уже достигнуто в том, чтобы помочь Яне освободиться из тюрьмы спастики, включавшей в себя, к примеру, чрезвычайно напряженные мышцы-разгибатели, сдерживающие все движения, и крепко сжатые кулачки. Мейке продолжала радостно восклицать: «Посмотри на свои руки, Яна! Это замечательно… Смотри, как ты можешь брать вещи!»

Игра и работа здесь были неразличимы.

Я поняла следующее: столь опытный и воодушевленный терапевт, как такой, за которым я имела возможность наблюдать, всегда адаптируется к ребенку, с которым ему пришлось работать. Она больше не применяет четко определенные методы в соответствии с ее первоначальным или каким-либо дополнительным образованием, а просто входит в глубокую и удовлетворяющую коммуникацию с ее маленьким пациентом, позволяя ребенку проявлять инициативу настолько, насколько это возможно. Это глубоко чувствительное взаимодействие приводит к новым вдохновляющим открытиям, играм, веселью и в результате к замечательному прогрессу. И даже мы, наблюдавшие за этим зачаровывающим процессом, не были исключены из него.

В то время как Мейке мягко и ритмично подталкивала ноги Яны, сгибая и разгибая ее тазобедренные суставы, стимулируя проприоцептивные нервные окончания в суставах, сухожилиях и мышцах, подавляя старые паттерны и подготавливая нейронные пути для овладения более дифференцированными и координированными движениями, мы время от времени присоединялись к ней в произведении ритмичных звуков, добавляющих еще одно сенсорное измерение к опыту Яны. Затем следовала пауза и спонтанная ответная реакция ребенка приводила к изменению ритма, гласных и частоты. К примеру, высокое «Хай-хай-хай…» сменялось низким «Хо-хо-хо…», сопровождающим следующий подход к тому что называется «tapping» (постукивание) в Бобат-терапии.

УДИВИТЕЛЬНОЕ РАССЛАБЛЕНИЕ ВСЕХ СУСТАВОВ И ВЫРАЖЕНИЕ ПОЛНЕЙШЕГО ВОСТОРГА

За этим последовали еще более приятные игры. Яна была раздета и провела почти полчаса, скользя на своем животе на мате, сделанным приятным и скользким при помощи растительного масла.

Она продолжала обмакивать свои руки в большую баночку с кремом и рисовала на своем лице, а также лицах мамы и тети белым кремом. Тактильный опыт от скольжения без усилия, а также умелые действия Мейке со смазанными маслом маленькими ручками и ножками привели к удивительному расслаблению всех суставов и выражению полнейшего восторга. И снова Яна почувствовала богатство ощущений через свою кожу, свои кости, суставы и мышцы, глаза и уши. Некоторые были скоординированы и структурированы в соответствии с целями Сенсорной интеграции, другие возникли сами собой в контексте увеличивающейся собственной спонтанной активности ребенка.

Затем Яна прекрасно провела время в крошечной ванне, наполненной теплой водой (уголок для водных игр — особая гордость Мейке). Пока ребенок играл с ее ассистентом, сжимая маленькие губчатые игрушки, Мейке объяснила, что дети со спастикой совсем не могут почувствовать себя из-за чрезмерного мышечного тонуса; отсюда и необходимость в большом количестве входящей сенсорной информации и, в данном конкретном случае, в очень маленькой ванне, которая тесно соприкасалась со всем телом Яны, давая ей ощущение пространства.

Мейке также попыталась заострить внимание на том, что она получила от глубокого изучения метода Фельденкрайза: наиболее важным стало то, что почувствовав себя более полно и получив большее осознавание себя в процессе, теперь она может гораздо более точно видеть, что ее маленькие пациенты уже делают и как это может быть базисом для их дальнейшего развития, требуя наименьшего возможного вмешательства.

В результате, консультации с врачами часто ставят ее в позицию настоящего авторитета, так как она может указать им на то, что они просто еще не заметили, таким образом, убеждая их, что ребенок находится на пути к овладению навыком, который доктору не терпится увидеть развитым в том числе и при помощи принудительных действий. «Врачи обычно видят только то, чего не происходит, но должно иметь место, если бы у ребенка были все способности нормального малыша!»

Научившись быть более терпеливой по отношению к самой себе через работу по методу Фельденкрайза, Мейке также чувствует, что стала способна к той степени терпения по отношению к другим, которую вряд ли могла представить у себя ранее. Весь ее новый опыт дал ей понимание, что такое терпение приводит к созданию атмосферы расслабленной легкости, в которой может быть достигнуто гораздо большее. Важным является и вовлечение всех участников в этот комплексный процесс помощи маленькому человеку в нахождении путей к росту его самостоятельности.

Эта непринужденная атмосфера сохранялась во время всей сессии, несмотря на тот факт, что она прерывалась несколькими телефонными звонками.

Мейке также чувствует, что она стала одновременно гораздо более чувствительной, а также более творческой или изобретательной, потому что теперь может видеть альтернативы там, где раньше видела одну или в лучшем случае две возможности. Она знает, что может надежно опираться на свою интуицию и спонтанность, и в итоге ее работа стала приносить еще большее удовлетворение.

РЕБЕНОК БЫЛ АБСОЛЮТНО НЕПОДВИЖНЫМ И ВНИМАТЕЛЬНЫМ

И Мейке действительно нравилось следующее лечение для Яны. Сидя перед большим зеркалом на платформе, подвешенной к потолку, так, что ребенок находился между ее ногами, она мягко покачивалась из стороны в сторону: сначала влево и вправо, затем вперед и назад, тихо напевая в ритме движения обо всех вещах, которые интересовали Яну: о ее маме и папе, тетушке и брате, собаке, цветах в саду, деревьях и птицах. Ребенок был абсолютно неподвижным и внимательным, слушающим, ощущающим и наблюдающим за тем, как ее отражение приближается к зеркалу и удаляется от него, двигается влево и вправо…

После этой достаточно медитативной фазы последовало баловство на большой воздушной подушке в виде сосиски, сделанной из прозрачного пластика со множеством цветных шариков, катающихся внутри, так что ребенок, которому требовалось расслабиться после чрезмерного вытягивания, мог смотреть на что-то интересное, когда лежал на животе на этой надувной игрушке.

Яна завизжала от восторга, когда ее одним резким движением перевернули и положили на спину и затем снова на живот. Ей также понравилось начальное движение кувырка. Ее мама была рада помочь тому, чтобы ее подбородок уперся в грудную клетку, но не стала вмешиваться, когда это не совсем получилось на этот раз. Она также поняла основу принципов метода Фельденкрайза: приятнее, безопаснее и в конце концов потенциально перспективнее не применять к пациенту силу, а в игровой форме шаг за шагом приближаться к возможной цели. Ее маленькая дочь заплакала лишь один раз — это произошло, когда ей пришлось закончить играть и настало время уходить.

«ПО-НАСТОЯЩЕМУ ПОЧУВСТВОВАТЬ СВОИ РЕБРА БЫЛО ДЛЯ МЕНЯ САМЫМ НЕОБЫЧНЫМ ОТКРЫТИЕМ»

В интервью Урсула Рейтер во многом подтвердила то, что Мейке рассказала мне утром. Урсула тоже не всегда может сказать, какой метод она применяет в данный момент. Многие из инструментов ее работы взяты из Бобат-терапии и большая часть ее мышления и речи задействует концепции из этого метода или Сенсорной интеграции. Но сейчас на все это неуловимо повлиял ее опыт от метода Фельденкрайза. Она чувствует, что стала более чувствительной, терпеливой, уверенной и компетентной в своей работе.

«Благодаря Фельденкрайзу я поняла, насколько более точной могла быть моя работа в том, что касается подготовки способа развития более координированных движений… как траектория всегда должна проходить через всю структуру тела… насколько важны ребра. Я это поняла на своей собственной грудной клетке. Корпус также очень важен в Бобат-терапии, но после обучения по методу Фельденкрайза я в гораздо большей степени дифференцирую отдельные ребра.

Там, где я различала только некоторые ребра, скажем, пятое или седьмое, я теперь различаю каждое отдельное ребро. По-настоящему почувствовать свои ребра было для меня самым необычным открытием. Я никогда не могла почувствовать свою грудную кость и это сводило меня с ума, потому что в Бобат-терапии это одна из ключевых точек контроля при сгибании, разгибании, наклоне в бок, но я никогда не чувствовала там ничего. До обучения я выглядела вот так..» — она сворачивается в сгорбленную позу. — «После обучения я покупаю обувь на размер больше. Мне на самом деле пришлось выкинуть все мои старые туфли.

И, конечно, после того, как я сама почувствовала, что значит быть более выпрямленной, я стала замечать потенциальные возможности к распрямлению и у других.

Я также научилась не ингибировать (принцип Бобат) в той степени, как я делала ранее. Это создает тенденцию к перегрузке мозга. В работе со спастикой я теперь работаю гораздо более мягко, позволяя [пациентам] самим чувствовать для себя, что значит, когда одна сторона расслабленная, а другая все еще напряженная и спастичная.

Ранее мое обучение Бобат-терапии побудило бы меня ингибировать старый паттерн в гораздо большей степени. Я бы не осмелилась давать возможность спастике иметь место, чтобы ребенок мог уловить разницу. Моей целью было бы убрать спастику как можно быстрее. Я не знаю, я могла неверно понять Бобат… В любом случае, благодаря Фельденкрайзу я теперь гораздо лучше понимаю, что подобные различия должны быть сделаны гораздо более явными. Ребенок со спастикой также может и должен ощущать: «На этой стороне я делаю это, а на другой — то. Но я также могу делать и противоположное, так на этой стороне, и вот так — на другой…».

ДИАЛОГ ДЛЯ ВСЕХ ТРЕХ

Другое измерение ее работы, Сенсорная интеграция, также стала более искусной и утонченной. Урсула дает определение сенсорной интеграции как комплексному диалогу — укрепляющему диалогу между терапевтом и ребенком, которому необходимо поверить и принять то, что делает профессионал, для улучшения мышечного тонуса; безмолвный диалог между терапевтом и матерью, которая, через доверие будет расти в своей роли надежного ассистента терапевта; и, наконец, «диалог для всех», деликатный танец между ними, создающий оптимальные условия для обучения ребенка.

Я вернулась из Гамбурга, убежденная, что метод Фельденкрайза может улучшить способности физиотерапевта, сделав его работу более чуткой и успешной.

* * *

О применении метода Фельденкрайза для маленьких детей с ДЦП
Метод Анат Баниэль для преобразования жизни детей с особыми потребностями
Ссылки на результаты применения метода в борьбе с ДЦП доступны на странице Отзывы

Еще по данной теме на сайте смотрите материалы с тэгом ДЦП

Комментирование временно отключено.


 
© 2017